Разное

Достоевский школьная программа: «Может, потому так и живем в России — что Достоевского в школе прошли?»

Содержание

«Может, потому так и живем в России — что Достоевского в школе прошли?»

Школьная программа по литературе одновременно и самая пластичная, и самая обсуждаемая. В ней всегда слишком много сиюминутного и субъективного. Молодой писатель Антон Секисов, выстреливший в уходящем году дебютной повестью «Кровь и почва», специально для «Мела» разобрал школьный курс и предложил, какие произведения и каких авторов стоит убрать из обязательного списка, а что, наоборот, добавить, чтобы не отвратить детей от чтения и помочь им понять мир, в котором мы живем.

Полезная рассылка «Мела» два раза в неделю: во вторник и пятницу

Содержание школьной литературной программы помнят немногие. После некоторых усилий вспомнится «Война мир» (со смесью страха и уважения на лице), «Горе от ума», «Евгений Онегин», тоскливое и бессмысленное зазубривание какого-нибудь Фета со всеми его цветочками и «душистою весной», и, возможно, на этом все. При этом сомневаться в необходимости уроков литературы никому не приходит в голову. И дело здесь ни в каком-то проявлении дедовщины, мол, «деды терпели и нам велели», а в четком, хотя и зачастую инстинктивном осознании первостепенной важности этого предмета: литература учит мыслить образами, воспитывает, развивает, повышает грамотность, ну и «чтобы знали, какие поэты были, какие произведения писали» — тоже немаловажное обоснование.

Споры о нужности и ненужности вызывают только отдельные тексты и отдельные персоналии. Например, есть мнение, что мозг современного школьника слишком слаб для восприятия эпопеи «Война и мир», что психика этого же школьника на всю жизнь убивается после прочтения «Преступления и наказания», и вообще, может быть, мы потому и живем так в России — невесело и тяжеловато — из-за того, что Достоевского в школе прочли. Кроме того, есть мнение, что внушительный ряд советских писателей был выброшен из школьной программы совершенно напрасно, а их место заняли литераторы сомнительных художественных достоинств. В особенности очень многих тревожит наличие в школьной программе «Архипелага ГУЛАГа» Солженицына, который появился в ней сравнительно недавно, в 2009 году, и, как считается, — на волне «медведевской оттепели».

Картина Александра Виноградова и Владимира Дубосарского «Бесы», 1996 / Фото: dubossarskyvinogradov.ru

Конечно, всех хороших писателей в школьную программу не возьмешь, и тут важен критерий, по которому эти произведения отбираются. Если для нас важнее социальный фактор, если литература нужна нам как зеркало общественных изменений, то школьник должен очень внимательно изучать «Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева, вслед за советским школьником мучительно продираться сквозь сны Веры Павловны в «Что делать» Чернышевского, обязательно изучить «Как закалялась сталь», ну и «Архипелаг ГУЛАГ» (причем желательно сразу же следом за «Сталью»). А завершить школьный курс пелевинским «Generation П» — без этого текста понять, в какой стране мы живем, невозможно.

Если для нас важнее воспитание вкуса, то весь 11 класс нужно посвятить Набокову, разбавив его некоторым количеством эстетских текстов первой половины XX века. Если на повестке дня возвращение в СССР, то литература для нас — фронт борьбы с буржуазной идеологией, поэтому давайте читать «Знаменосцев», «Заре навстречу» и прочие «Рассказы о Ленине».

Картина Александра Виноградова и Владимира Дубосарского «Набоков», 1996 / Фото: dubossarskyvinogradov.ru

В этом смысле нынешнюю школьную программу можно считать, скорее, сбалансированной. Но, учитывая небольшое количество часов, отведенных на литературу (в 5-8 классах — два часа в неделю, в 9-11 — три), всю программу охватить физически невозможно, во всяком случае, если есть желание, чтобы хоть что-то осталось от нее в голове. И в этих условиях все зависит только лишь от конкретного учителя. А по большому счету, главная задача, стоящая перед ним — не отвратить навсегда от чтения.

Готов ли шести-семиклассник к прозе Лескова и гоголевскому «Тарасу Бульбе»? Готов ли одиннадцатиклассник к платоновскому «Котловану»? Не нужно быть профессиональным педагогом или психологом, чтобы понять — конечно же, нет. В будущем школьник может стать филологом с мировым именем, но комплекс, что он не смог осилить «Тараса Бульбу» в седьмом классе, останется с ним на всю жизнь. Тексты для учеников 5-8 классов должны быть достаточно просты для восприятия, читабельны. Как правило, не очень велики по объему, чтобы даже в случае, если ученику совсем не повезло с учителем, был шанс на то, что он заинтересуется литературой сам по себе, вопреки обстоятельствам. При этом, конечно, важно не снижать планку. Литература XIX века в школе — вполне устойчивый набор авторов, проверенный временем. Устраивать революционные изменения, особенно с целью сильно облегчить программу, не имеет смысла.

Можно спорить о частностях. Например, быть может, лучше проходить «Петербургские повести», а не «Мертвые души» Гоголя, «Обломова» Гончарова заменить «Обыкновенной историей», но в целом XIX век для старших классов лучше оставить таким, какой он есть.

Та же «Война и мир», несмотря на ужасающий на первый взгляд объем, заходит прекраснейшим образом именно в школе, если сидишь в деревне и впереди бесконечное лето, и одноклассницы тебе все равно не светят. Так что можешь спокойно лежать и читать по 8-10 часов в день. Рассчитывать, что на этот текст будет время когда-то потом — не стоит. Тем более, когда одноклассницы подрастут и поумнеют, опыт прочтения великих текстов обязательно сыграет свою роль.

Картина Александра Виноградова и Владимира Дубосарского «Война и мир», 1996 /Фото: dubossarskyvinogradov.ru

Гораздо больше сомнений вызывает программа XX века, которую в основном проходят в выпускном классе. В последний учебный год будущие выпускники должны познать XX век русской литературы во всей его мощи и многообразии. Что, конечно, очень затруднительно. К 11 классу у учеников успевает накопиться изрядное отвращение и к прозе, и в особенности к поэзии, к тому же старшеклассники вкладывают силы только в изучение предметов, необходимых для поступления в тот или иной ВУЗ, а остальные по возможности забрасывают. А даже те, кто собирается сдавать литературу в рамках ЕГЭ, ограничивают себя списком авторов, вопросы по которым могут попасться в тесте. Да и сами учителя стараются не заострять на «необязательных» текстах свое внимание. Таким образом, за бортом оказываются, возможно, главные русские писатели XX века — Андрей Платонов и Варлам Шаламов, которые присутствуют в программе совсем формально. Вернее, Шаламова в школе не проходят совсем, а весь Платонов сужается до одного текста по выбору учителя. Выбор почему-то всякий раз падает на уже упомянутый «Котлован», через текст которого нужно продираться, как через бескрайнее репейное поле. Отвращение к «Котловану», а вместе с ним и ко всей литературе XX века, многие проносят сквозь годы. Гораздо разумнее было бы выбрать, к примеру, «Реку Потудань», очень небольшую по объему повесть про настоящую любовь, довольно легкую для восприятия.

«Колымские рассказы» Шаламова — мощнейшие по силе воздействия тексты. Мало кто в истории мировой культуры так емко и талантливо описывал жизнь человека, непрестанно находящегося в пограничных со смертью состояниях. Их нужно проходить хотя бы в самом усеченном виде. Лагерную тему, как, впрочем, и военную, обойти в программе 11-го класса невозможно. Но представлена она по сути одним Солженицыным — к «Одному дню Ивана Денисовича» недавно добавился и «Архипелаг ГУЛАГ» в сокращенном виде.

Споры о возможном исключении «Архипелага» из школьной программы в этом году были в особенности сильны. Спор этот лежал исключительно в политической сфере

Советские патриоты, понимая, что впечатлительному школьнику достаточно прочитать несколько первых страниц из первой главы «Арест», чтобы на всю жизнь проникнуться к советскому строю глубочайшим отвращением, требуют его как можно быстрей изъять, чаще всего апеллируя к историческим неточностям, присутствующим в тексте. Их оппоненты, напротив, держатся за это «завоевание медведевской оттепели», опасаясь, что вместо Архипелага школьникам подсунут какое-нибудь «Время вперед» или того хуже. Хотя ничего плохого бы не было в том, чтобы школьник мог прочитать и «Время вперед», и «Архипелаг ГУЛАГ», и сделать собственные выводы. Проблема в том, что литературных часов слишком мало, чтоб множить сущности — лагерную тему вполне можно «закрыть» «Одним днем Ивана Денисовича» и одним из циклов «Колымских рассказов».

Важен вопрос с возвращением некоторого количества текстов писателей-соцреалистов и примкнувших к ним литераторов советской поры, в 90-е массово выброшенных из школьной программы. Стоит признать, что гораздо чаще просьбы восстановить их в правах основаны на чувстве обиды и реваншистских настроениях, чем на стремлении к «объективности». В программу 11-го класса по разным причинам, в том числе и по причине «не влезло», не попало большое количество важнейших, великих текстов. Но выделять их в какую-то отдельную группу «униженных и оскорбленных» нет никакого смысла. Тем более, что все-таки произведения, написанные в соцреалистической манере, в массе своей — просто макулатура, и представляют, скорее, социологический интерес, поскольку рассказывают нам о социальном эксперименте, не имевшем аналогов в мировой истории.

Картина Александра Виноградова и Владимира Дубосарского «Антоновка», 1996 / Фото: dubossarskyvinogradov.ru

А между тем что в советской, что в нынешней программе не было и нет олешевской «Зависти», «Вечера у Клэр» Гайто Газданова, Добычина, Вагинова, Мариенгофа, того же Набокова — и о языковых вершинах русской прозы у школьника очень слабое представление. Нет в программе и «обэриутов», хотя стихи для детей Хармса можно было бы вполне проходить в начальной школе, а его рассказ «Старуха» уместно смотрелся бы в программе выпускного класса.

Послевоенная же литература, то есть то, что принято называть литературой современной, дана на откуп учителю. Есть набор авторов, из которых педагог выбирает на свой вкус — в результате одни проходят Распутина, Абрамова и Рубцова, вторые, например, Тарковского, Трифонова и Битова, а третьи и вовсе Венедикта Ерофеева и Сергея Довлатова. О художественной ценности прозы Довлатова единого мнения нет, в то время как «Москва-Петушки» — важнейший постмодернистский текст русской литературы и его бы вполне можно было включить в обязательную программу. Это ведь только кажется, что «Москва-Петушки» — какой-то смешной бред алкоголика. На самом деле это многослойный текст, пронизанный цитатами из Библии, Марксизма-Ленинизма, русской и зарубежной классики, советских газетных штампов. К тому же каждый уважающий себя выпускник должен знать, как сделать коктейль «Слеза комсомолки».

Картина Александра Виноградова и Владимира Дубосарского «Москва-Петушки», 1996 /Фото: dubossarskyvinogradov.ru

Что касается включения и исключения из школьной программы наших современников, то к текстам, еще не прошедшим проверку временем, нужно относиться с максимальной деликатностью. Пока что неоспоримой фигурой кажется только Пелевин — без его текстов 90-х годов уже нельзя представить действительность. А вот с Сорокиным и Лимоновым, наверное, стоит повременить — их влияние на неокрепшие души может быть чересчур экстремальным. Но при этом ограничивать школьника во внеклассном чтении, каким бы радикальным, странным или «слишком взрослым» оно ни казалось, бессмысленно. Возможно, раннее приобщение к социальным сетям у современных детей только убыстряет их эмоциональное созревание, и многие тексты будут восприняты ими гораздо глубже, и без наносного ханжества, свойственного предыдущими поколениями.

Президент РАО призвала убрать Достоевского и Толстого из школьной программы: red_balls — LiveJournal

Помните бессмертное «Шансов на то, что Россию удастся обновить, если в культурном багаже останется Достоевский, Толстой, Пушкин, Чехов и так далее, я не вижу. Поэтому придется сбросить Пушкина с корабля современности.»?

Но, вообщем, теперь приходим к тому, что нынешние школьники (даже 17-летние) слишком глупы, чтобы читать «Войну и мир» или «Преступление и наказание», поэтому надо их не читать вообще.

Автор поста, кстати, базируется только на части интервью, а там еще есть продолжение, что вместо Толстого надо вводить в школьную программу Библию, видимо там все гораздо понятнее и особого философского смысла там нет.

_______________________

Оригинал взят у philologist в Президент РАО призвала убрать Достоевского и Толстого из школьной программы

Президент Российской академии образования и заместитель председателя Общества русской словесности Людмила Вербицкая высказала мнение, что роман Льва Толстого «Война и мир», а также некоторые произведения Федора Достоевского можно было бы исключить из школьной программы, — сообщает «Росбалт». «Я, например, абсолютно убеждена, что из школьной программы „Войну и мир“ Л. Толстого, также как и некоторые романы Ф.Достоевского, нужно убрать. Это глубокие философские произведения, с серьезными рассуждениями на разные темы. Не может ребенок понять всей их глубины», — заявила она в интервью АГН «Москва».
Иннокентий Смоктуновский в роли Порфирия Петровича в фильме «Преступление и наказание» 1969 года

По словам Вербицкой, сейчас обсуждается итоговый список литературы, который будет рекомендован для изучения в школах. «Споры идут, но в итоге появятся рекомендации Общества русской словесности. Пока неизвестно, сколько произведений в них войдет. Но совершенно точно, что это будут книги и наших русских классиков, и зарубежных, и современных авторов, и произведения, написанные в разных регионах России», — уточнила она.

Напомню, что это не первый призыв околовластных функционеров изъять из школьной программы произведения Льва Толстого и Достоевского. В марте 2015 года Комитет по делам общественных объединений и религиозных организаций Госдумы совместно с российским книжным союзом озвучили планы по «патриотизации литературы». В ходе обсуждения депутат Госдумы Ярослав Нилов предложил убрать из школьной программы романы Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого и М.А. Булгакова: «Школьную программу нужно кардинально пересматривать. По себе могу сказать — в 9-10 классах сложные философские вопросы проходить рано! Изучать «Войну и мир», «Преступление и наказание», Булгакова и прочих – сложно и рано! Их изучение – это, по сути, навязывание подросткам тех мыслей и идей, которые вынес из этих произведений учитель». Как сообщает издание, Нилова поддержал и племянник российского президента Роман Путин, занимающий должность председателя Русского академического фонда. Он сообщил, что в школе «Войну и мир» тоже не читал.

В декабре 2014 года министр культуры Владимир Мединский также высказал мнение, что «Преступление и наказание» Федора Достоевского и «Анну Каренину» Льва Толстого следует изъять из школьной программы. «Читать «Анну Каренину» мне было скучно в школе, а в прошлом году перечитал, стало интересно. Столько тонкостей взаимоотношений — Толстой был явно доктором психологических наук», — объяснил Мединский.

Вы также можете подписаться на мои страницы:
— в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

— в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
— в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

Фёдор Михайлович Достоевский — Русский язык и литература. Литература 11 класс, часть 1

Русский язык и литература. Литература 11 класс, часть 1

«ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ВЕСЬ БОРЬБА»

Фёдор Михайлович Достоевский (1821—1881)

Основные даты жизни и творчества Ф.М. Достоевского

1821, 30 октября (11 ноября) — родился в Москве.

1838-1842 — учёба в Инженерном училище в Петербурге.

1846 — публикация романа «Бедные люди» («Петербургский сборник»).

1849, 23 апреля — арест по делу Петрашевского.

1849, 22 декабря — инсценировка казни на Семёновском плацу в Петербурге.

1849-1854 — каторга.

1854-1857 — ссылка; возвращение в Петербург.

1861 — публикация романа «Униженные и оскорблённые» (журнал «Время»).

1861-1862 — публикация «Записок из Мёртвого дома» (журнал «Время»).

1866 — публикация романов «Преступление и наказание», «Игрок», (журнал «Русский вестник»).

1867 — женитьба на А.Г. Сниткиной.

1868 — публикация романа «Идиот» (журнал «Русский вестник»). 1871-1872 — публикация романа «Бесы» (журнал «Русский вестник»).

1873-1881 — публикация «Дневника писателя».

1875 — публикация романа «Подросток» (журнал «Отечественные записки»).

1879-1880 — публикация романа «Братья Карамазовы» (журнал «Русский вестник»).

1880, 8 июня — речь на Пушкинском празднике.

1881, 28 января (9 февраля) — умер в Петербурге.

Самый известный русский писатель для иноязычных читателей — Фёдор Михайлович Достоевский. Пожалуй, по популярности с ним может сравниться лишь А.П. Чехов.

Удивительно, но А.С. Пушкин, величайший гений отечественной литературы, практически не знаком зарубежным читателям. Для людей, не знающих русского языка, его творчество осталось малодоступным, несмотря на все усилия переводчиков. Неудачей закончилась и попытка писателя XX века В.В. Набокова. Он перевёл на английский язык «Евгения Онегина» и снабдил перевод огромным томом комментариев, но всё равно не смог преодолеть непонимание Пушкина иностранцами.

Та же судьба постигла М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя…

Первым русским писателем, чьё творчество получило европейское признание, стал И.С. Тургенев. Затем европейских читателей поразил роман Л.Н. Толстого «Война и мир» — глубиной и огромностью замысла, реалистичной точностью и историзмом описания мира и войны, психологизмом и полнокровностью образов. Толстой открыл читателям скрытую «диалектику души» своих героев, по сути — создал эпопею психологической жизни человека.

Ещё притягательней для западных читателей «загадочная русская душа» становилась по мере их знакомства с романами Ф.М. Достоевского.

У Достоевского была непростая судьба. Как писатель он прославился первым же романом «Бедные люди» (1846). Чуть позднее за чтение запрещённого письма критика Белинского к Гоголю и участие в деятельности кружка петрашевцев, на заседаниях которого обсуждались запрещённые идеи русских и западных социалистов-утопистов, был приговорён к смертной казни. Казнь в последнюю минуту заменили каторжными работами, и на целое десятилетие Достоевский вынужден был прервать литературную деятельность. По возвращении из ссылки он пишет один за другим романы, ныне признанные гениальными, но долгое время не получавшие должной оценки (например, Толстой начал высказываться положительно о Достоевском только после его смерти).

Часто романы Достоевского называют идеологическими, социально-философскими. Наверное, потому, что действие в них движется не столько сюжетом, сколько страстными поисками ответов на мучившие писателя вопросы о справедливости и правде жизни и попытками найти путь, который мог бы привести человечество к гармонии и счастью.

Поиски справедливости, истины характерны для многих героев Достоевского: они ведут горячие философские споры, размышляют над «проклятыми вопросами» русского общества. Но при этом писатель даёт возможность высказаться максимально откровенно людям с самыми разными убеждениями, с самым разным жизненным опытом. И оказывается, что каждый из них движим своей правдой, своими принципами, порой абсолютно неприемлемыми для других. Некоторые герои в своих словах несут «правду» Достоевского, некоторые — идеи, которые автор не принимает. Не случайно романы Достоевского называют ещё и полифоническими (термин М.М. Бахтина), то есть «многоголосными»: в столкновении самых разных голосов и мнений писатель стремился найти ту высшую правду, ту единственную верную идею, которая могла бы стать общей для всех людей.

По-видимому, притягательная сила романов Достоевского как раз и заключается в том, что он далеко не всегда был убеждён в правильности своей позиции и не скрывал этого, главное для писателя было заставить читателя задуматься, принять нравственное решение, сделать выбор самому.

Сегодня Достоевский признан одним из величайших писателей всех времён и народов. Мировую читательскую аудиторию захватили диалогичность его стиля, острота не затихающих на страницах его книг философских споров, трагичность и болезненность страстей его героев, страдающих и приносящих страдание другим, находящих истину и правду в борьбе с собой. «Человек у Достоевского затевает спор с идеей, из которого он выходит победителем… рабство человека по отношению к идее осуждается Достоевским» — так критик И. Золотусский определил особенность творчества Достоевского, отличительную для национального характера и притягательную для любого читателя, независимо от места его проживания.

Достоевский, безусловно, по-прежнему остаётся одним из тех русских писателей, которых знают и которыми восхищаются в мире, несмотря на национальные различия, несовпадение политических взглядов и другие факторы, разъединяющие народы; одним из величайших писателей планеты, объединяющих человечество.

Когда-то юный Достоевский мечтал разгадать тайну человека. В конце жизни он говорил о тайне Пушкина. Для следующих поколений его собственное творчество, его романы тоже стали великой и притягательной тайной.

НА. Рождественский



Для чего Достоевский в школьной программе? — Я

sntdpni

Надысь произошло СТРАШНОЕ : президент Российской академии образования Людмила Вербицкая высказала своё мнение о том, что из школьной литпрограммы необходимо убрать Толстого и Достоевского. И началось! Стая шакалов завыла, заскулила, зарычала и запрыгала, скандируя в такт прыжкам : «Позор! Наших детей хотят лишить основ! Сделать их непомнящими родства!» и прочее истеричное дерьмо.
Ну, типа, интеллигенты-образованцы отметились в теме спасения школьного образования!

А вот я — поддерживаю предложение Вербицкой. Ибо детское сознание объективно не может переварить произведения упомянутых авторов — вне зависимости от развития интеллекта школьника — это просто невозможно.
Оценить творчество этих писателей доступно далеко не всякому взрослому, а что можно понять, прочитав «Войну и мир», или «Преступление…» в 14-16 лет? Что ребенок усвоит, нырнув с головой в шизоидный мир «Бесов»?

Нет, друзья, Вербицкая права на 100% — пора отказаться от реально вредных стереотипов и шаблонов. Ничего, кроме стойкого отвращения к столпам русской литературы попытка «поизучать» их в школе не приносила и не приносит.
Я отлично помню, как в детстве вычитывал в «Войне и мире» батальные сцены и как реально бесился, осиливая нудную тягомотину «Преступления. ..»! Я помню как с отвращением вымучивал «сочинения» по мотивам этих произведений, а после всего этого культурного изнасилования моего сознания, сами фамилии литературных мэтров вызывали у меня тошноту даже спустя много лет после окончания школы, и это несмотря на то, что я читал буквально УЙМУ всего!
Толстого и Достоевского как непревзойденных, гениальных авторов я открыл для себя только лет в 25 — вот насколько было сильно внушенное школой отвращение!

Так что, лишенцы, хорош нудеть и визжать — Толстому и Достоевскому в школьной программе не место, и никакого «снижения культурного уровня молодёжи» от исключения упомянутых авторов не произойдет. Каждому овощу — свой сезон. Всему, типа, своё время.

СЛАВА РОССИИ!!!

Tags: школа

From: sntdpniDate:
October 14th, 2016 05:16 pm (UTC)
(Link)

Зарегься — быть анонимом неприлично.

Да, необходимо убрать из школьной программы Чехова, Гоголя и Салтыкова-Щедрина. У Пелевина, кстати, есть вполне приличные произведения, но его в программу включать ни к чему.
Лимонов с моей т.з. — вполне достоин, хороший, сильный русский писатель, Медведева — полное говно. Впрочем, женщины за всю историю человеческой цивилизации не внесли в культурное наследие ни на ломанный грош. Ну и ладно — мы вас за другое любим.

Согласна, вобщем-то. ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ — отдельная песня. Меня чуть из школы не выгнали за собственное мнение, сдуру высказанное на открытом уроке ;)) Родителей вызывали, они каялись… А мнение — так, детский сад. Если ты христианин, то убийство для тебя — смертный грех, тем более, чтоб что доказать; решил доказать, доказал, так иди до конца; понял, что это — не твое, что убил живых людей просто так — сдайся и отсиди срок. МУМУ- тоже странная вещь. Решил ведь уйти, так зачем было собаку топить, взял бы с собой…

Достоевский и школьная программа — Десять Слов — LiveJournal

Мне, честно сказать, не очень интересны ЖЗЛ и всяческое «литературоведение», но с каким удовольствием я бы прочитал нормальное (без всякой лажи вроде советчины и антисоветчины) исследование истории советской школьной программы по литературе.

КАК получилось, что в ней оказалось христианские «Преступление и наказание» и что из этого вышло? Как «натаскивали» учителей — какие интерпретационные конструкты они должны были оставлять по поводу этой книжки в головах школьников? Что «должны» были писать школьники в сочинениях и что писали?
И просто интересно — ФИО человека (группы людей), который протащил «Преступление и наказание» в школьную программу? Как он(и) аргументировал(и) необходимость этой книги в воспитании школьников?

Дело в том, что «Преступление и наказание» (насквозь неврастеническая и ХРИСТИАНСКАЯ книжка) — вообще никаким логическим боком не встраивалась в логику советского воспитания через литературу. У многих школьников, не осиливших книжку, в голове оставалась вполне «согласующееся» — это, мол, про то, как плохо жилось бедным в дореволюционной России. И поэтому, доведенные до отчаяния бедностью и отсутствием социальной справедливости, они убивали богатых паразитов.

Чего греха таить, будучи наслышан про сюжет книжки, я был уверен в свое время перед прочтением, что она именно про это. Так сказать, про обреченный в силу своей неподкрепленности «классом и партией» индивидуальный бунт против капитализма. И конечно был слегка удивлен, обнаружив, что там — не про это.
И недоумение оставалось у многих, кто дочитывал-таки книжку до конца.

Поскольку через пару поколений воцарится уверенность в том, что в тоталитарном СССР Достоевский «был запрещен» (я уже встречал в молодом поколении такую уверенность по поводу Есенина, Пастернака, Окуджавы, Хармса и некоторых других (кстати, встречал уверенных в том, что «Бесы» опубликовали только в перестройку — вместе с Солженицыным)), надо бы успеть разобраться, кем и чем был Достоевский в советском контексте. Да-да, именно такой проблемно-тематический фокус — Достоевский в СССР. Как советская цивилизация сделала из Достоевского — «свой» ресурс?
Возьмите тему — напишите диссер, монографию. Это правда интереснее, чем ковырять одно и то же.
http://langobard.livejournal.com/3295642.html

Рецензия | Фёдор Достоевский — Братья Карамазовы

Некоторое время назад я не без удовольствия прочёл роман, который можно с уверенностью назвать одним из столпов русской классической литературы. Это – «Братья Карамазовы» Фёдора Достоевского. Глубочайшее и интереснейшее произведение, написанное, как оказалось, совсем не столь заковыристым языком, как можно было бы этого ожидать. И, хотя сам сюжет довольно-таки прост (убийцей, как и полагается, оказался дворецкий; ну, почти дворецкий), но характеры героев и вся палитра их эмоций и переживаний описаны просто потрясающе! Как ни крути, но в этом аспекте литературы Достоевский был великим мастером.

А вообще, в течение многих лет у меня были весьма натянутые отношения с творчеством Фёдора Достоевского. И здесь нам придётся заглянуть глубоко в прошлое.

С раннего детства и практически до самого окончания школы я любил читать. Но, к сожалению, школьная программа по литературе построена таким образом, чтобы это самое желание читать пропало напрочь у подавляющего большинства учеников. Но я был не таков и держался до последнего, прилежно прочитывая как все программные произведения, так и дополнительный список литературы, выдаваемый нам на лето. И где-то в процессе посещения средней школы пришла пора нашему классу знакомиться с творчеством вышеупомянутого Фёдора Достоевского. Точнее, нам это объявили по окончанию 11 класса, и посоветовали летом прочесть «Преступление и наказание», до которого мы доберёмся в следующем учебном году.

В один прекрасный летный день я нашёл, что по телевизору будут демонстрировать старую советскую экранизацию заданного нам произведения. Так как к тому времени я уже несколько разочаровался в школьной программе, то решил, что, может, было бы и неплохо посмотреть близкую к оригиналу постановку, вместо того, чтобы читать столь объёмную и, вероятно, не слишком интересную книгу.

Я честно просмотрел весь фильм. Мне было невыносимо скучно и чудовищно неинтересно, но я внимательно следил за происходящим на экране в течение почти 4 часов! Я вникал в сюжет, в жизненные ситуации героев. Я сделал это!

Спустя некоторое время я поехал в гости к бабушке в Беларусь. Так как заняться подростку там было нечем, то я, как правило, развлекал себя тем, что лежал на кровати и читал книги. К сожалению, к тому времени я одолел уже почти всю бабушкину домашнюю библиотеку, и выбор мой был отнюдь не широк: либо какие-то Богом забытые советские авторы, либо несколько произведений русской классики, среди которых – как раз «Преступление и наказание».

Ладно, делать нечего: пришлось прочесть авторский оригинал. Разумеется, будучи школьником, я Достоевского не понял и его роман показался мне скучнейшей книгой, которая только попадала ко мне в руки. Кто вообще придумал давать вчерашним детям такие произведения? Ни Толстой, ни Достоевский не писали для подростков. Но я осилил, дело было сделано.

А потом начался учебный год. Пришла пора изучать «Преступление и наказание». И когда учительница по литературе спросила, кто прочёл данное произведение, то руку поднял я один. На что она заявила, что ждать, пока все прочтут, у нас времени нет, и мы всем классом… посмотрим старую советскую экранизацию, так как она близка к первоисточнику. И 4 урока подряд мы смотрели этот фильм. Мне трудно передать словами всю ту душевную боль, которую я тогда перенёс, но я до сих пор ещё помню её отголоски.

После этого я перестал читать. Целых 8 лет я не притрагивался к художественной литературе (пара каких-то убогих книг карманного формата были у меня в этот период, но я даже уже не вспомню их названий). Тот случай по-настоящему отбил у меня желание что-либо читать на долгие годы. И после этого кто-то будет утверждать, что школа прививает любовь к знаниям?

Впрочем, я отвлёкся. Ведь сегодня мы с вами говорим даже не о «Преступлении и наказании», а о «Братьях Карамазовых». И, в отличие от первого знакомства с творчеством Фёдора Достоевского, второе оказалось намного более приятным.

«Братья Карамазовы» – это, бесспорно, великое произведение, созданное талантливейшим человеком. Читая его, невозможно не предаваться длительным размышлениям, не примерять переживания героев на себя. И невозможно хотя бы чуть-чуть не поменяться, ибо хорошая книга всегда в чём-то меняет своего читателя, и данная книга – как раз такова.

Но, несмотря на всю свою великолепность, было в «Братьях Карамазовых» и то, что мне не понравилось. Например, затянутость некоторых моментов и рассуждений. Особенно это ярко проявляется в монологах старца Зосимы. Не то, чтоб я был в корне не согласен с его философией, но так уж она долго и однообразно излагается, что доходит до того, что начинает банально утомлять читателя. По крайней мере, лично я сперва читал это изложение с интересом, но со временем стал уже с нетерпением ждать, когда он закончит, и сюжет перейдёт хоть к чему-то другому.

Кроме того, из вышеописанной чисти произведения (но не только из неё) вытекает другая проблема: слишком уж агрессивное навязывание религиозных догматов, и, в частности, необходимости всю жизнь терпеть какие-то невзгоды. Нет, конечно, я и сам считаю, что трудности нужно претерпевать без какого-либо уныния, но радоваться им и ожидать от жизни только их – это уж слишком. А тут это преподносится как единственно верный взгляд на вещи.

Нет, я, разумеется, понимаю, что автор не обязан разделять точку зрения каждого персонажа из своих произведений, но как раз в данной ситуации у меня сложилось стойкое ощущение, что именно своё мировоззрение Фёдор Достоевский вложил в уста обитателей монастыря. Но я, конечно, могу и ошибаться, чему, в данном случае, буду только рад.

И тут же из религиозной темы (как всё связано!) развивается ещё один момент, бросившийся мне в глаза: это превознесение русского народа как «народа-богоносца», а русское православие – как единственное верное христианское учение. И это уже попахивает самым настоящим шовинизмом.

Но это, пожалуй, всё. На мой взгляд, не так уж много недостатков для такой объёмной книги. Ну а идеальную мы и не искали.

В заключение мне бы хотелось уделить немного внимания отдельным героям произведения.

Конечно, одним из наиболее полюбившихся мне персонажей стал Алёша Карамазов. Но тут всё понятно: как он вообще кому-то может не понравиться? Просто-таки идеальный положительный герой. Зато, в отличие от многих, я не увидел отрицательного персонажа в лице Павла Смердякова. Да, конечно, он убил Фёдора Карамазова, и это – чудовищно. Но в остальном же Смердяков, по моему мнению, гораздо лучше подавляющего большинства обитателей их городка: умнее, хитрее, воспитаннее, сдержаннее и целеустремлённее их. Да, в какой-то мере он был злым. Но что его должно было сделать добрым? Нахождение в роли слуги у своего отца? Постоянные издевательства? Неизлечимая болезнь? Или та самая мнимая догма, что все беды нужно принимать с любовью? В общем, я считаю Смердякова если не положительным, то уж точно не отрицательным героем.

И, напротив, никакой особой жалости к Мите Карамазову у меня нет. В принципе, он был типичным люмпеном, который ничего не умел, ничего не знал, а лишь прожигал жизнь и своё наследство. Сделайте поправку на эпоху и перенесите Дмитрия в наше время: я утверждаю, что он был бы из тех, кто дни напролёт сидят на лавочке около подъезда и хлещет дешёвую водку, живя великовозрастным нахлебником у своих престарелых родителей. У вас такие элементы вызывают сочувствие? У меня – нет.

P.S. Подписывайтесь на мою ежемесячную рассылку. Это – не просто стандартный спам, а каждый раз – небольшой эксклюзивный пост, который приходит непосредственно на вашу электронную почту.

12 произведений русской литературы, которые напрасно не проходят в школе

1.

«Бесы», Фёдор Достоевский

Роман даёт обширную картину социально-политической жизни России конца XIX века. Русская интеллигенция — одна из главных исторических проблем нашей страны. Проблем в том смысле, что этот социальный слой никогда не мог найти себя, определиться с собственными идеалами. Интеллигенты, либералы, террористы — после прочтения романа у вас не останется вопросов, почему в Российской империи эти понятия для многих были синонимичными.

Купить книгу

2. «Дядя Ваня», Антон Чехов

Горький после просмотра театральной постановки «Дяди Вани» писал Чехову: «„Дядя Ваня“ и „Чайка“ — новый род драматического искусства […]. Другие драмы не отвлекают человека от реальности до философских обобщений — ваши делают это». Что уж говорить, пьесы Чехова действительно самые сильные в русской литературе.

«Дядя Ваня» ни в чём не уступает «Вишнёвому саду» или «Трём сёстрам». Но министерство образования почему-то исключило пьесу из числа обязательных к прочтению книг, что сказалось на её сегодняшней популярности. Если решите ознакомиться, то имейте в виду, что произведение это тяжёлое и повествование в нём идёт в несвойственном Чехову серьёзном тоне.

Купить книгу

3. «Красный смех», Леонид Андреев

«Красный смех» если и упоминается на уроках литературы, то лишь мельком. Основное внимание уделяется другой повести автора — «Иуде Искариоту». А ведь «Красный смех» — это настолько стилистически выверенное произведение, что мурашки бегут по коже не от описываемых ужасов войны, а от звучного насыщенного слога.

Так о войне не писал никто. Так вообще больше никто не писал. Если вы хотите чётко и ясно узнать, что значит слово «стиль» в литературе, читайте Андреева.

Купить книгу

4. «Голова профессора Доуэля», Александр Беляев

Творчество Беляева носит развлекательный характер. Поэтому, наверное, его произведения не попали в школьные учебники. Однако умение развлекать, сохраняя отличный художественный стиль, тоже многого стоит. Пусть Беляев сейчас оценивается как классик беллетристики, но не всегда же нам читать, чтобы раздумывать о проблемах мира, верно? «Голова профессора Доуэля» — увлекательнейший для своего времени эксперимент фантастической литературы.

Купить книгу

5. Собрание сочинений, Даниил Хармс

Хармс — проказник и сорвиголова советской литературы. Его абсурдистская проза лишена явного нравоучительного посыла, именно поэтому школьники так и получают аттестаты, ничего не узнав о самом оригинальном советском писателе. Выделить центральное произведение Хармса довольно сложно, поэтому рекомендуем читать первое, что под руку попадётся. Вот, например, целый рассказ «Новая анатомия»:

У одной маленькой девочки на носу выросли две голубые ленты. Случай особенно редкий, ибо на одной ленте было написано «Марс», а на другой — «Юпитер».

Купить книгу

6. «Двенадцать стульев», Илья Ильф, Евгений Петров

Этот роман не нуждается в представлении. Фразы Остапа Бендера давно разобраны на цитаты и стали крылатыми. Даже если вам по каким-то причинам не довелось прочитать легендарный роман о великом комбинаторе, наверняка вы видели одну из его многочисленных экранизаций. Однако это тот случай, когда ни одно из киновоплощений не сравнится с литературным оригиналом. Ведь это как шанхайские барсы по сравнению с мексиканскими тушканами. Бесконечно лучше.

Купить книгу

7. «Живые и мёртвые», Константин Симонов

Трилогия Константина Симонова посвящена Великой Отечественной войне. Основана она на личном опыте автора, и, возможно, именно поэтому получилась столь вдохновенной и искренней. Это хроника событий 1941–1945 годов, поданная через призму взгляда участников войны. Произведение фундаментальное, масштабное, со множеством глубоко прописанных образов, сильных диалогов и сюжетных линий. «Война и мир» XX века.

Купить книгу

8. «Пикник на обочине», Аркадий и Борис Стругацкие

Странно, почему советские фантасты-классики до сих пор не включены в школьную программу. Почти каждая их книга философична и поднимает широкий спектр тем. «Пикник на обочине», пожалуй, самое известное произведение авторов. Серия книг «Сталкер» берёт своё начало именно здесь. «Зона», ещё до того как стать популярным местом произведений литературных эпигонов, была введена Стругацкими как глубочайшая метафора. Метафора, которая обобщает всю деятельность человека и наделяет её универсальным смыслом стремления к счастью.

Купить книгу

9. «Лезвие бритвы», Иван Ефремов

«Лезвие бритвы» — роман, в котором Ефремов выразил всё своё мировоззрение. Поэтому он столь многогранен и затрагивает огромное количество разных тем: науку, философию, мистику, любовь, йогу. Писатель провёл такую сложную работу по синтезу материалистических, метафизических и мистических учений, что его книгу можно рассматривать не только как художественное произведение, но и как своеобразный философский трактат. Неудивительно, что после написания романа Ефремов обрёл статус духовного гуру.

Купить книгу

10. Романы, Владимир Набоков

Почему в школьной программе нет «Лолиты», мы понять можем. Но почему другим произведениям автора вроде «Защиты Лужина» или «Приглашения на казнь» уделяется так мало времени — загадка. Набоков открыл совершенно новое измерение русского языка — такое, которое было неведомо ни Пушкину, ни Толстому. Его слова звучат, пахнут, ощущаются кожей и языком. Это синестетическое пиршество звуков и красок, где поднимаются не самые традиционные для русской литературы темы вроде отношений автора и его творения, иллюзорности мира.

Купить книгу

11. «Generation „П“», Виктор Пелевин

«Generation „П“» — это библия девяностых. Что такое новая Россия, каковы ценности зарождающегося мира, где их истоки и в чём смысл медиа — Пелевин, безусловно, копает куда глубже уровня увеселительного рассказа о приключениях талантливого пиарщика Вавилена Татарского. Извечная проблема «Кому на Руси жить хорошо?» трансформируется в «Что такое Русь? Что такое хорошо? И что, в конце концов, значит жить?».

Идейно произведение Пелевина несколько устарело: на дворе уже другие реалии. Однако его подход к объяснению явлений, совмещающий постмодернистские идеи и метафизику индийской и иранской философии, совершенно уникален. Открытый Пелевиным метод анализа социальных явлений наделяет его творение вневременным значением.

Купить книгу

12. «Борис Пастернак», Дмитрий Быков

Произведений этого писателя не найти в школьной программе по одной простой причине: они ещё не успели туда попасть. Дмитрий Быков — один из виднейших представителей современной литературы. Это писатель классической школы с хорошим чувством языка и стремлением к обширному раскрытию образов персонажей.

«Борис Пастернак» — биографическая работа, однако благодаря литературному таланту Быкова читается она как художественное произведение и даёт фактурное понимание жизненного пути Пастернака.

Купить книгу

А какие книги, которые остались за пределами школьной программы, запомнились вам?

Хотели бы вы эту учебную программу в средней школе?

Растет консенсус в отношении того, что учебные программы многих американских средних школ были упрощены, и что нам нужно ожидать большего от наших учеников.

В ответ некоторые школы возвращаются к учебной программе, которая приближается к строгости прошлых времен. Одна из них — школа Тринити в Ривер-Ридж — частная школа в Миннесоте, примерно в двух шагах от офисов Intellectual Takeout. Вот список литературы с их семинара по гуманитарным письмам, который сочетает в себе предметы литературы и истории:

9 класс

Документы по истории Америки
Декларация независимости
The U.С. Конституция
Документы федералиста (выборки)
Выдержки из трудов Томаса Джефферсона
Выдержки из дебатов Линкольна-Дугласа
Стивен Крейн, Красный знак храбрости
Харпер Ли, Убить пересмешника
Генри Дэвид Торо, Уолден, и Гражданское неповиновение
Марк Твен, Гекльберри Финн
Фредерик Дуглас, Рассказ о жизни Фредерика Дугласа и Американский раб
Уилл Катер, Моя Антония
Аптон Синклер , Джунгли
Эрнест Хемингуэй, Старик и море
Рассказы Стивена Крейна, Уиллы Кэтэр, Фланнери О’Коннор
Торнтон Уайлдер, Наш город
Американская поэзия

10 класс

Документы по истории Европы
Роберт Болт, Человек на все времена
Томас Гоббс, Левиафан (выборки)
Джон Локк, Второй трактат о правительстве (избранные)
Жан-Жак Руссо, Очерк происхождения неравенства
Чарльз Диккенс, Повесть о двух городах
Эдмунд Берк, Размышления о Французской революции (выборки)
Джейн Остин, Гордость и предубеждение
Энгельса Социализм: утопия и наука (выборка)
Карл Маркс, Манифест Коммунистической партии
Федор Достоевский, Преступление и наказание
Джордж Оруэлл, Скотный двор
Британская и европейская поэзия

11 класс

Гомер, Илиада и Одиссея
Эсхил, Орестея
Софокл, Фиванские пьесы
Платон, Горгий, Апология, Критон, Менон или Федон , Республика Аристотель, Этика
Фукидид, История Пелопоннесских войн
Афанасий, О воплощении
Августин, Признания

12 класс

Августин, Дух и письмо
Фома Аквинский, Трактат о законе
Мартин Лютер, Письмо к Галатам
Данте, Ад
Монтень, В защиту Раймонда Себонда
Декарт, Размышления
Уильям Шекспир, Макбет и Гамлет
Жан-Жак Руссо, Общественного договора
Джон Локк, Второй трактат о правительстве
Карл Маркс, Экономические и философские рукописи (выборка)
Гегель, Причина в истории
Милл, На свободе
Федор Достоевский, Братья Карамазовы
Фланнери О’Коннор, Спина Паркера
Джеймс Эйджи, Смерть в семье
Раймонд Карвер, Небольшое благо Вещь
Итан Канин, The Palace Thief
Современная американская поэзия

Изображение предоставлено

Дэн — бывший старший научный сотрудник компании Intellectual Takeout. Он получил степень бакалавра искусств. доктор философии и католических исследований Университета Св. Томаса (Миннесота), а также его степень магистра и доктора философии. Имеет степень бакалавра систематического богословия Университета Дюкен в Питтсбурге, Пенсильвания Вы можете найти его научную работу на Academia.edu.
Электронная почта Dan

книг, оказавших влияние на старшеклассников, часть III

Быть начитанным — это нечто большее, чем просто начало разговора — книга может изменить ваше мировоззрение. Эти книги сделали именно это для учащихся PHC, когда они читали их в старшей школе.Ознакомьтесь с этим списком из шести книг, которые разовьют ваш ум, и помогут вам подготовиться к поступлению в колледж и за его пределами.

1. Если хотите увлекательного, прочтите: Братья Карамазовы Федора Достоевского

Последний роман Достоевского считается одним из величайших романов всех времен и посвящен отношениям между отцом и тремя его сыновьями.

Недавний выпускник Джозия Деграаф прочитал Братья Карамазовы и ему понравилось.

«Достоевский изображает привлекательность христианства в этом произведении более эффективно, чем в любом другом его произведении», — сказал Иосия. «Сцена с Великим инквизитором великолепна, и Достоевский изображает персонажей совершенно завораживающе. У меня осталось прекрасное видение того, что значит жить жизнью борьбы и сомнений как христианин, и что значит возвыситься над обоими к более стойкой вере ».

2. Если вы хотите философски прочитать:

Город Бога Августина

Августин написал эту книгу в ответ на книгу А.D. 410 г. — разграбление Рима, событие, которое шокировало его современников, потому что они считали Рим непобедимым. В Город Бога , Августин напоминает христианам, что Небеса, а не Рим, являются их истинным домом.

«Эта книга помогла мне правильно задуматься о том, почему я здесь, на Земле, и дала мне более обнадеживающую перспективу», — сказал старший Меридиан Полтон. «Я здесь не для себя, а для славы Божьей».

Ее любимая часть — Книга 21.

«Августин описывает, каково жить как гражданин Города Бога», — сказал Меридиан.«Это дает вам представление о красоте жизни для Бога, чье царство намного больше, чем любая маленькая вселенная, которую мы можем создать здесь для себя».

3. Если вы хотите фантастического прочтения:

Бесконечная история Майкла Энде

Молодой Бастиан Бальтазар Букс находит волшебную книгу, которая приносит ему приключения и мудрость, добытую тяжелым трудом. Старший Лорин Халишчак был очарован смыслом истории.

«Главный герой, его действия и последствия этих действий действительно нашли у меня отклик», — сказала она.«Он был недоволен тем, кем он был, и затем получил власть изменить это. Но каждый раз, когда он менял себя или мир, в котором находился, он что-то забывал о себе. Он стал тем, кем хотел быть, но это было пусто, потому что это не было тем, кем он был или кем он должен был быть ».

4. Если вы хотите прочитать классику:

Moby Dick by Herman Melville

Гигантская работа Мелвилла рассказывает историю сумасшедшего капитана Ахава, который преследует Моби Дика, белого кита, который несколько лет назад откусил капитану ногу.

« Moby Dick говорит об универсальном человеческом стремлении к значению, чего нет ни в одной другой книге, которую я читал», — сказал младший Крис Балдаччи. «Как любопытный и амбициозный человек, я знаю, что значит полностью посвятить себя одной задаче. Я видел себя в поисках Измаила, чтобы понять кита, и я мог даже идентифицировать себя с пылким, хотя и страдающим манией величия, стремлением Ахава. Тем не менее, это погоня уничтожает большинство персонажей и причиняет боль другим людям вокруг них ».

5.Если вы хотите прочитать современный шедевр:

To the Lighthouse Вирджинии Вульф

Этот роман исследует человеческий разум и человеческие отношения через повседневные события. В нем рассказывается история семьи Рамзи, которые отдыхают на шотландском острове Скай.

« На маяк изменил мой взгляд на боль, красоту и тоску в свете времени», — сказала студентка Эбби Брукс. «Это также повлияло на мое восприятие искусства.Это была первая книга о потоке сознания, которую я когда-либо читал, и боль в ней была глубокой ».

6. Если вы хотите прочитать по-настоящему американскую сказку:

К востоку от Эдема Джона Стейнбека

Этот роман, который Стейнбек назвал своим magnum opus , разворачивается в Соединенных Штатах и ​​описывает две семьи и их переплетенные жизни.

«Это моя любимая книга, — сказала недавний выпускник Мэгги МакКнили.«Это удручает реалистичное изображение порочности человечества, но также невероятно обнадеживает, поскольку показывает, что нам не нужно выбирать это … Бог любит нас, и поэтому Он позволяет нам выбирать по собственной воле. Когда я впервые начал понимать это, прочитав к востоку от Эдема, ».

Это упаковка для нашей серии LearnPHC, книг, которые влияют на учеников старших классов ! Мы надеемся, что вы вдохновились начать чтение.

Сообщите нам в комментариях о книгах, которые повлияли на вас!

Федор Достоевский | Биография, книги, философия и факты

Федор Достоевский , полностью Федор Михайлович Достоевский , Достоевский также пишется Достоевский , (родился 11 ноября [30 октября по старому стилю] 1821 года, Москва, Россия — умер 9 февраля [28 января по старому стилю], 1881 г., г.Санкт-Петербург), русский писатель и новеллист, психологическое проникновение которого в самые темные уголки человеческого сердца вместе с его непревзойденными моментами озарения оказало огромное влияние на художественную литературу ХХ века.

Британская викторина

49 вопросов из самых популярных литературных викторин «Британники»

«Литература» — это широкий термин, который — по крайней мере, среди викторин «Британики» — может включать все, от американских романов до антонимов и синонимов. Эта викторина состоит из 49 вопросов из самых популярных викторин Britannica. Дойти до ее развязки сможет только самый целеустремленный викторина.

Достоевский обычно считается одним из лучших романистов, которые когда-либо жили. Его идеи глубоко сформировали литературный модернизм, экзистенциализм и различные школы психологии, теологии и литературной критики. Его произведения часто называют пророческими, потому что он очень точно предсказал, как поведут себя российские революционеры, если они придут к власти.В свое время он также был известен своей журналистской деятельностью.

Основные произведения и их характеристики

Достоевский наиболее известен своей новеллой Записки из подполья и четырьмя длинными романами: Преступление и наказание , Идиот , Одержимые (также более точно известный как Демоны и Дьяволы ) и Братья Карамазовы . Каждое из этих произведений славится своей психологической глубиной, и действительно, Достоевский обычно считается одним из величайших психологов в истории литературы. Он специализировался на анализе патологических состояний ума, которые приводят к безумию, убийству и самоубийству, а также на исследовании эмоций унижения, самоуничтожения, тиранического господства и убийственной ярости. Эти главные произведения также известны как великие «романы идей», в которых рассматриваются вечные и актуальные вопросы философии и политики. Психология и философия тесно связаны в образах Достоевского интеллектуалов, которые «чувствуют идеи» в глубине души. Наконец, эти романы открыли новые горизонты своими экспериментами в литературной форме.

Предыстория и ранние годы

Основные события жизни Достоевского — инсценировка казни, тюремное заключение в Сибири и эпилептические припадки — были настолько хорошо известны, что Достоевский, даже не считая его работы, в свое время добился большой известности. В самом деле, он часто использовал свою легенду, опираясь на очень драматические события своей жизни при создании своих величайших персонажей. Несмотря на это, некоторые события в его жизни оставались туманными, а небрежные предположения, к сожалению, приобрели статус факта.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.
Подпишитесь сейчас

В отличие от многих других русских писателей первой половины XIX века, Достоевский не родился в помещичьей семье. Он часто подчеркивал разницу между его собственным прошлым и Львом Толстым или Иваном Тургеневым и влияние этого различия на его творчество. Во-первых, Достоевский всегда нуждался в деньгах и торопил свои работы в публикации. Хотя он жаловался, что сочинение с опозданием мешало ему полностью раскрыть свои литературные способности, не исключено, что его безумный стиль композиции придавал его романам энергию, которая осталась частью их привлекательности.Во-вторых, Достоевский часто отмечал, что, в отличие от писателей из знати, описывающих семейную жизнь своего класса, сформированную «красивыми формами» и устойчивыми традициями, он исследовал жизнь «случайных семей», «оскорбленных и униженных». ”

Отец Достоевского, военный хирург в отставке, работал врачом в Мариинском госпитале для бедных в Москве, где занимался благотворительностью, а также занимался частной практикой. Хотя отец Достоевского был преданным родителем, он был суровым, подозрительным и непреклонным человеком.Напротив, его мать, культурная женщина из купеческой семьи, была доброй и снисходительной. Привязанность Достоевского к религии на протяжении всей жизни началась со старомодного благочестия его семьи, столь отличного от модного скептицизма дворянства.

В 1828 году отцу Достоевского удалось получить дворянский чин (реформы Петра I сделали возможным такое изменение статуса). Он купил имение в 1831 году, и молодой Федор провел летние месяцы в деревне. До 1833 года Достоевский получил домашнее образование, а затем поступил в дневную школу, а затем в школу-интернат.Мать Достоевского умерла в 1837 году. Примерно через 40 лет после смерти Достоевского выяснилось, что его отец, внезапно скончавшийся в 1839 году, мог быть убит собственными крепостными; однако этот отчет сейчас рассматривается многими учеными как миф. В то время Достоевский учился в Военно-инженерной академии в Санкт-Петербурге, карьера военного инженера была сделана для него отцом.

Достоевский явно не годился для такого занятия. Он и его старший брат Михаил, который остался его близким другом и стал его соавтором в издательстве журналов, были очарованы литературой с юных лет.В детстве и в студенческие годы Достоевского тянуло к романтической и готической литературе, особенно к произведениям сэра Вальтера Скотта, Энн Рэдклифф, Николая Карамзина, Фридриха Шиллера и Александра Пушкина. Вскоре после получения ученой степени (1843 г.) и становления младшим лейтенантом Достоевский ушел в отставку, чтобы начать опасную карьеру писателя, живущего за счет пера.

Воспитание у братьев Карамазовых

Классика Федора Достоевского « Братья Карамазовы », на мой взгляд, в основном о душе России, какой она была в конце XIX века.В основном это борьба между нарастающим атеизмом (представленным Иваном, Ракитиным и Смердяковым) и мерцающим светом теизма, выраженным в традиционном русском православии (представленном Зосимой и Алешей). Дело не только в образовании. И все же те немногие моменты, когда образование выходит на первый план, не менее интересны и не менее важны, потому что они второстепенны. Во всяком случае, их интерес и значимость возрастают из-за обширной темы, вокруг которой они вращаются.В Братья Карамазовы , как и в жизни, образование не является центральным. Но и в «Братья Карамазовы », как и в жизни, образование сохраняет свое неизменное место на периферии важнейшего вопроса — вечных душ человеческих существ и войны, в которую они вовлечены.

Высшее образование, особенно французское, упоминается в романе несколько раз, но никогда не обсуждается подробно. Напротив, именно на воспитании русского школьника, по имени Коля Кросоткин, Достоевский уделяет самое пристальное внимание этому предмету.Коля — тринадцатилетний — он хотел бы, чтобы вы знали, ему скоро исполнится четырнадцать — летний мальчик во время его первой встречи с героем романа Алешей Карамазовым.

Для тех, кто не читал книгу, Достоевский описывает Алешу как «человека, любящего человечество», человека, который ведет монашескую жизнь, «потому что она одна поразила его тогда и подарила ему… идеальный выход для его душевной борьбы. от тьмы мирского беззакония к свету любви ». Но монашеская жизнь все-таки не должна была быть призванием Алеши, потому что, когда старец Зосима приближается к своей кончине, он приказывает Алеше навсегда покинуть монастырь после его отъезда и следовать «великому послушанию» и «трудиться неустанно» в монастыре. Мир.Алеша так и поступает, и его работа в мире побуждает его служить, в том числе, школьникам Скотопригоньевска.

Что касается Коли, то его отец умер, когда он был младенцем. Он острый, немного озорной, но добросердечный мальчик, который считает себя вполне взрослым и зрелым и хочет, чтобы другие поступали так же. Незадолго до встречи с Алешей он сказал младшему школьнику, что он социалист, и уверенно — хотя, конечно, с видом притворного равнодушия — объяснил парню основные положения.Затем, собравшись вместе с несколькими младшими школьниками и Алешей, Коля излагает свои вполне сформировавшиеся и явно повторяющиеся представления об образовании.

«Я, в любом случае, не считаю сказки этих старых жен важными и вообще не очень уважаю мировую историю», — внезапно добавил он небрежно, обращаясь теперь ко всем присутствующим.

«Всемирная история, сэр?» — спросил вдруг капитан [отец одного из школьников] с каким-то страхом.

«Да, всемирная история. Это исследование последовательности человеческих безумств, и не более того. Я уважаю только математику и естествознание, — развязно хмыкнул Коля и взглянул на Алешу: его единственное мнение в комнате, которого он опасался. Но Алеша по-прежнему был молчалив и серьезен….

«А еще эти классические языки у нас есть сейчас: просто безумие, ничего лишнего … Опять ты, кажется, не согласен со мной, Карамазов?»

«Не согласен», — сдержанно улыбнулся Алеша.

«Классические языки, если вы хотите мое полное мнение о них — это полицейская мера, это единственная цель их познакомить, — снова Коля постепенно задыхался, — они были введены потому, что они скучны, и потому, что они притупляют свои способности. Было уже скучно, так как сделать еще скучнее? Это уже было запутано, так как сделать еще более запутанным? Так они и придумали классические языки. Это мое полное мнение о них, и я надеюсь, что никогда не изменю его, — резко закончил Коля.На его щеках появились красные пятна.

«Верно», — Смуров [мальчик, которому Коля объяснил социализм], который внимательно слушал, внезапно согласился звонким и убежденным голосом.

«И он сам первый на латыни!» один мальчик в толпе плакал….

«Что из этого?» Коля счел необходимым защищаться, хотя похвала ему тоже очень понравилась. «Я усердно занимаюсь латынью, потому что должен, потому что я пообещал маме, что закончу школу, и я думаю, что все, что бы ни делал, надо делать хорошо, но в душе я глубоко презираю классицизм и всю эту подлость … Не согласен, Карамазов? »

«Почему« подлость »?» Алеша снова улыбнулся.

«Но, боже мой, классика переведена на все языки, поэтому латынь была совершенно не нужна для изучения классики, им это было нужно только как полицейская мера, чтобы притупить способности. Разве вы не назовете это подлостью?

«Но кто вас всему этому научил?» — воскликнул наконец удивленный Алеша.

Разговор резко обрывается и больше никогда не возобновляется. Разговор Коли и Алеши в следующей главе (удачно названной «Скороспелость») вращается вокруг более важных вещей и того, как они формируют, а точнее деформируют сердце молодого Коли.

Но разве это краткое столкновение идей об образовании не увлекательно? Здесь, в устах вымышленного школьника сто пятьдесят лет назад, мы получаем защиту STEM-образования и осуждение изучения классических языков. Как нарастающая волна атеистического социализма влияет на представления об образовании в России XIX века? Здесь у нас есть ответ. Единственная польза от изучения прошлого — это узнать, какими глупыми они были тогда, и единственная возможная цель заставить школьников изучать латынь — утомить и оглушить их.

Нам просто говорят, что Алеша не согласен. Причины его несогласия оставлены на наш взгляд. Возможно, это будет примерно так. Его теизм воспитал в нем приверженность гуманитарным наукам — его любовь к Богу укрепила его любовь к человеку. Его христианская приверженность научила его, что прошлое полно героев, что лучшее, что у нас есть в настоящем (то есть Евангелие), — это то, что мы получили от предыдущих поколений, и это лучшее, что мы можем передать. будущее.Итак, это история. А как насчет классических языков?

Во-первых, важно помнить, что изучение языка и гуманитарные науки всегда взаимосвязаны. Тексты, которые вы хотите прочесть наиболее тщательно, составляют повестку дня для языков, которые вы ставите себе на изучение. Как христианский теизм Алеши породил в нем приверженность классической истории, так и его приверженность классической истории породила в нем приверженность классическим языкам. Во-вторых, возможно, это внутренняя непоследовательность про-STEM-анти-латинской позиции.Чтобы быть сторонником STEM, Коля должен преуменьшать важность гуманитарных наук. Тем не менее, чтобы быть анти-латинским, он должен апеллировать к латыни и величайшему триумфу гуманитарных наук, то есть сделать величайшие истории и идеи доступными для современной аудитории, следя за тем, чтобы старое не стало забытым. Это сродни упоминанию о высадке на Луну как доказательстве бесполезности космонавтики. Наконец, на Алешу, несомненно, повлияла статья нашего основателя о способности латыни развивать молодые умы, и он знал, что любая позиция, которая считала изучение латыни скучным воздействием на сознание, была положением, позволяющим избежать поспешности.

Что ж, то, что только , возможно, было в случае с Алешей, может быть для нас на самом деле так. Наш христианский теизм должен связывать нас с историей и гуманитарными науками, а наша приверженность гуманитарным наукам — к изучению латыни и греческого языка. В случае дальнейшего давления мы будем рады указать на внутреннюю несостоятельность противоположной точки зрения и обратиться к тем, кто мудрее нас и знает лучше.

Рекомендации читателей: Книги, которые мы должны преподавать в школах

В прошлом году школьный округ Дулут исключил «Убить пересмешника» и «Приключения Гекльберри Финна» из своего списка книг, которые старшеклассники должны читать. Администраторы заявили, что получали жалобы на расистские выражения в книгах и вопросы об их культурной уместности.

Это решение вызвало дискуссию и начало более широкую дискуссию о том, следует ли включать в обязательные списки для чтения больше книг, написанных более новыми и разнообразными авторами.

MPR News спросил читателей, какие книги они рекомендовали бы прочитать старшеклассникам. Мы составили список для чтения на основе их предложений.

Примечание редактора: все описания книг были написаны соответствующим издателем.

«Ненависть, которую вы отдаете» Энджи Томас

«Ненависть, которую вы отдаете» Энджи Томас

Предоставлено издателем

Шестнадцатилетняя Старр Картер перемещается между двумя мирами: бедным районом, в котором она живет, и модной пригородной подготовительной школой, которую она посещает. Непростой баланс между этими мирами нарушается, когда Старр становится свидетелем того, как полицейский застрелил лучшего друга своего детства Халила. Халил был безоружен.

Вскоре после этого его смерть стала заголовком по всей стране.Некоторые называют его головорезом, может быть, даже наркодельцом и бандитом. Протестующие выходят на улицы во имя Халила. Некоторые полицейские и местный наркобарон пытаются запугать Старр и ее семью. Все хотят знать: что на самом деле произошло той ночью? И единственный человек, который может ответить на этот вопрос, — это Старр.

Но то, что Старр делает или не делает, может перевернуть ее сообщество. Это также могло поставить под угрозу ее жизнь.

«Девятнадцать восемьдесят четыре» Джорджа Оруэлла

«Девятнадцать восемьдесят четыре» Джорджа Оруэлла

Предоставлено издателем

Один из самых популярных романов Великобритании, «Девятнадцать восемьдесят четыре» Джорджа Оруэлла, действие происходит в обществе, терроризируемом тоталитарной идеологией, пропагандируемой Партией.

Уинстон Смит работает в Министерстве правды в Лондоне, главном городе Первой взлетно-посадочной полосы. Большой Брат смотрит сквозь каждый плакат, Полиция Мысли раскрывает каждый акт предательства. Когда Уинстон находит любовь к Джулии, он обнаруживает, что жизнь не обязательно должна быть скучной и унылой, и открывает новые возможности. Несмотря на летающие и кружащиеся над головой полицейские вертолеты, Уинстон и Джулия начинают расспрашивать Партию; их тянет к заговору. И все же Большой Брат не потерпит инакомыслия — даже в уме.Для тех, у кого оригинальные мысли, они изобрели Комнату 101.

«Абсолютно правдивый дневник индейца, работающего неполный рабочий день» Шермана Алекси

«Абсолютно точный дневник индейца, работающего неполный рабочий день», Шермана Алекси

Предоставлено издателем

Автор бестселлеров Шерман Алекси рассказывает историю Джуниора, подающего надежды карикатуриста, выросшего в индейской резервации Спокан. Будучи преисполнен решимости взять свое будущее в свои руки, Джуниор покидает свою проблемную школу в резервации, чтобы поступить в среднюю школу полностью белого фермерского городка, где единственным другим индейцем является школьный талисман.

«Абсолютно правдивый дневник индейца, работающего неполный рабочий день», основанный на собственном опыте автора, в сочетании с острыми рисунками Эллен Форни, отражающими искусство персонажа, рассказывает о современной юности одного индейского мальчика, когда он пытается вырваться. из жизни, которой ему суждено было жить.

«Второй секс» Симоны де Бовуар

«Второй секс» Симоны ДеБовуар

Предоставлено издателем

Шедевр Симоны де Бовуар объединяет воедино историю, философию, экономику, биологию и множество других дисциплин, чтобы проанализировать западное понятие «женщина» и исследовать силу сексуальности.

Опираясь на обширные интервью с женщинами любого возраста и жизненного положения, мастерски синтезируя исследования женского тела и психики, а также их исторической и экономической роли, «Второй пол» представляет собой энциклопедический и убедительно аргументированный документ о неравенстве и принудительной «инаковости». »

Жизненно важный и изменяющий жизнь труд, радикально изменивший то, как женщины говорят и думают о себе, авторитетный трактат Бовуара продолжает вдохновлять и вдохновлять.

«Фиолетовый цвет» Элис Уокер

«Фиолетовый цвет» Элис Уокер

Предоставлено издателем

Это история двух сестер — одна миссионерка в Африке, а другая — ребенок-жена, живущая на Юге, — которые сохраняют свою верность и доверие друг другу во времени, на расстоянии и в тишине.Прекрасно продуманный и глубоко сострадательный, этот классический роман американской литературы богат страстью, болью, вдохновением и неукротимой любовью к жизни.

Элис Уокер — всемирно известный писатель, поэт и активист, чьи книги включают семь романов, четыре сборника рассказов, четыре детские книги и тома эссе и стихов. В 1983 году она выиграла Пулитцеровскую премию в области художественной литературы и Национальную книжную премию.

«Притча о сеятеле» Октавии Э. Батлер

«Притча о сеятеле» Октавии Э.Батлер

Предоставлено издателем

Когда глобальное изменение климата и экономические кризисы приводят к социальному хаосу в начале 2020-х годов, Калифорния становится полна опасностей, от повсеместной нехватки воды до масс бродяг, которые готовы на все, чтобы дожить до следующего дня.

Пятнадцатилетняя Лорен Оламина живет в закрытом поселке со своим отцом-проповедником, семьей и соседями, защищенными от окружающей анархии. В обществе, где любая уязвимость представляет собой риск, она страдает чрезмерной эмпатией, изнуряющей чувствительностью к эмоциям других.

Не по годам развитая и проницательная, Лорен должна сделать так, чтобы ее голос был услышан, чтобы защитить своих близких от неминуемых бедствий, которые ее небольшое сообщество упорно игнорирует. Но то, что начинается как борьба за выживание, вскоре приводит к гораздо большему: рождению новой веры и потрясающему видению человеческой судьбы.

«Мой Измаил» Дэниела Куинна

«Мой Измаил» Дэниела Куинна

Предоставлено издателем

Победитель конкурса Turner Tomorrow Fellowship, Дэниел Куинн «Измаил» является бестселлером и свидетельством растущего духовного движения.

Когда Измаил размещает рекламу для учеников, «искренне желающих спасти мир», он не ожидает, что ребенок ответит ему. Но двенадцатилетнюю Джули Герчак не пугает нежелание Измаила учить кого-то столь юного, и она убеждает его взять ее в качестве своей следующей ученицы.

Измаил знает, что он не может применить к Джули те же стратегии, которые он использовал со своим первым учеником, Аланом Ломаксом, — и не может надеяться на такой же результат. Но юная Джули доказывает, что готова проложить свой собственный духовный путь — и прибыть к своему месту назначения.

И когда приходит время выбрать ученика для выполнения своей величайшей миссии, Измаил принимает смелое решение — выбор, который может изменить мир.

«Между миром и мной» Та-Нехиси Коутс

«Между миром и мной» Та-Нехиси Коутс

Предоставлено издателем

В глубоком труде, основанном на самых важных вопросах об американской истории и идеалах к самым сокровенным заботам отца о своем сыне Та-Нехиси Коутс предлагает новую мощную основу для понимания истории нашей страны и нынешнего кризиса: американцы построили империю на идее «расы», лжи, которая наносит ущерб всем нам, кроме больше всего падает на тела чернокожих женщин и мужчин — тела, эксплуатируемые в рабстве и сегрегации, а сегодня находящиеся под угрозой, запертые и убитые в огромных количествах.

Каково жить в черном теле и найти способ жить в нем? И как все мы можем честно считаться с этой тяжелой историей и освободиться от ее бремени?

«Между миром и мной» — попытка Та-Нехиси Коутс ответить на эти вопросы в письме своему сыну-подростку.

Коутс делится со своим сыном — и читателями — историей своего пробуждения к истине о своем месте в мире через серию откровений, от Университета Говарда до полей сражений Гражданской войны, от южной части Чикаго до Парижа, от дом его детства в гостиных матерей, чьи жизни детей были украдены в Америке.

«Между миром и мной» ясно освещает прошлое, живо противостоит нашему настоящему и предлагает трансцендентное видение пути вперед.

«Человек-невидимка» Ральфа Эллисона

«Человек-невидимка» Ральфа Эллисона

Предоставлено издателем

Первый роман неизвестного писателя «Человек-невидимка» оставался в списке бестселлеров в течение 16 недель, получил Национальную книжную премию в области художественной литературы и сделал Ральфа Эллисона одним из ключевых писателей века.

Безымянный рассказчик романа описывает рост в негритянской общине на Юге; посещение колледжа, из которого его исключили; переехать в Нью-Йорк и стать главным представителем гарлемского отделения «Братства»; и отступление среди насилия и смятения в подвальное логово Человека-невидимки, которым он себя воображает.

Книга представляет собой страстный и остроумный образец стиля, в котором сильное влияние оказала Т.С. Элиота «Пустошь», Джойс и Достоевский.

«Последний выход в Бруклин» Хьюберта Селби-младшего

Предоставлено издателем

«Последний выход в Бруклин» Хьюберта Селби

«Последний выход в Бруклин» остается неизменным по своей устрашающей силе и величине как роман, который первым показал нам жестокую, первобытную ярость, кипящую в городах Америки.

Селби показывает наркоманов, хулиганов, проституток, рабочих и воров, ссорящихся в закоулках Бруклина. Этот взрывной бестселлер считается классикой современной американской литературы.

«Огонь в следующий раз» Джеймса Болдуина

«Огонь в следующий раз» Джеймса Болдуина

Предоставлено издателем

Национальный бестселлер, когда он впервые появился в 1963 году, «Огонь в следующий раз» воодушевил нацию и дал страстный голос зарождающемуся движению за гражданские права.

Книга является одновременно мощным воспоминанием о ранней жизни Джеймса Болдуина в Гарлеме и тревожным исследованием последствий расовой несправедливости. Она представляет собой очень личный и провокационный документ.

Он состоит из двух «писем», написанных по случаю столетия провозглашения эмансипации и призывающих американцев, как черных, так и белых, атаковать ужасное наследие расизма.

Описанный The New York Times Book Review как «проповедь, ультиматум, признание, показания, завещание и хроника, представленные в обжигающей блестящей прозе», «Огонь в следующий раз» является классикой нашей литературы.

«Я знаю, почему поет птица в клетке» Майя Анджелоу

«Я знаю, почему поет птица в клетке» Майя Энджелоу

Предоставлено издателем

Перед вами книга такая же радостная и мучительная, таинственная и запоминающаяся, как само детство. «Я знаю, почему поет птица в клетке» отражает тоску одиноких детей, грубое оскорбление фанатизма и чудо слов, которые могут сделать мир правильным. Дебютные мемуары Майи Анджелоу — это современная американская классика, любимая во всем мире.

Отправленные своей матерью жить с набожной самодостаточной бабушкой в ​​маленьком южном городке, Майя и ее брат Бейли терпят боль покинутости и предрассудки местного «похитетраша».

В восемь лет и вернулась к матери в Санкт-Петербург.Луи, Майя подвергается нападению со стороны мужчины, во много раз старше ее, и ей приходится жить с последствиями всю жизнь.

Спустя годы в Сан-Франциско Майя узнает, что любовь к себе, доброта других, собственный сильный дух и идеи великих авторов («Я встретила и полюбила Уильяма Шекспира») позволит ей быть бесплатно, а не в тюрьме.

«Незнакомец в чужой стране» Роберта А. Хайнлайна

«Незнакомец в чужой стране» Роберта А. Хайнлайна

Предоставлено издателем

Валентин Майкл Смит, выросший на Марсе, только что прибыл на планету Земля. Среди своего народа он впервые изо всех сил пытается понять социальные нравы и предрассудки человеческой природы, которые так ему чужды, в то время как его собственные «пси-способности», включая телепатию, ясновидение, телекенез и телепортацию, делают его типом фигура мессии среди людей.

«Незнакомец в чужой стране» за несколько лет превратился из культового фаворита в бестселлер и в классику. История человека с Марса, который научил человечество гроккингу, делению воды — и любви — это Роберт А.Шедевр Хайнлайна.

«Персеполис» Марджан Сатрапи

«Персеполис» Марджан Сатрапи

Предоставлено издателем

В ярких черно-белых изображениях комиксов Сатрапи рассказывает историю своей жизни в Тегеране от 6 до 14 лет. это было свидетелем свержения шахского режима; торжество исламской революции; и разрушительные последствия войны с Ираком. Умная и откровенная единственная дочь преданных марксистов и правнучка одного из последних императоров Ирана, Марджан является свидетелем детства, уникально связанного с историей ее страны.

«Персеполис» рисует незабываемый портрет повседневной жизни в Иране и ошеломляющих противоречий между семейной и общественной жизнью. Детский взгляд Марджан на свергнутых императоров, санкционированных государством порок и героев революции позволяет нам узнать, как она делает, историю этой очаровательной страны и ее собственной необыкновенной семьи.

Сугубо личный, глубоко политический и полностью оригинальный, «Персеполис» — это одновременно история взросления и напоминание о человеческих жертвах войны и политических репрессий.Это показывает, как мы продолжаем со смехом и слезами перед лицом абсурда. И, наконец, он знакомит нас с неотразимой маленькой девочкой, в которую мы не можем не влюбиться.

«Маскарад в Бронксе» Никки Граймс

«Маскарад в Бронксе» Никки Граймс

Предоставлено издателем

Когда Уэсли Бун пишет стихотворение для своего школьного урока английского языка, некоторые из его одноклассников также требуют прочитать свои стихи вслух. Вскоре у них будут еженедельные поэтические занятия, и один за другим 18 студентов открываются и принимают на себя рискованный вызов самораскрытия.

Есть Лупе Альварин, которая отчаянно хочет иметь ребенка, чтобы чувствовать себя любимой.

Рейнард Паттерсон, скрывающий секрет за своим молчанием.

Порша Джонсон, нуждающаяся в выходе из гнева после передозировки матери.

Через поэзию, которой они делятся, и рассказы, в которых они раскрывают свои самые сокровенные мысли о себе и друг о друге, их слова и жизнь показывают, что скрывается под кожей, за глазами, за пределами маскарада.

«Бог мелочей» Арундати Роя

«Бог мелочей» Арундати Рой

Предоставлено издателем

По сравнению с работами Фолкнера и Диккенса, современная классика Арундати Роя представляет собой мощную семью. сага, запретная история любви и пронзительная политическая драма.

Семилетние близнецы Эста и Рахель видят, как их мир безвозвратно потрясен прибытием их прекрасной молодой кузины Софи. Это событие, которое приведет к незаконным связям и трагедиям, случайным и преднамеренным, обнажая «большие вещи, [которые] скрываются недосказанными» в стране, опасно движущейся к беспорядкам.

Пышный, лирический и нервирующий, «Бог мелочей» — отмеченная наградами веха, положившая для его автора достойную карьеру художественной литературы и политических комментариев, которая не ослабевает.

«Джунгли» Аптона Синклера

«Джунгли» Аптона Синклера

Предоставлено издателем

Юргис Рудкус, молодой литовский иммигрант в поисках лучшей жизни, вместо этого сталкивается с эпической борьбой за выживание. Его история фабричной жизни в Чикаго в начале 20 века — это сага о варварских условиях труда, сокрушительной бедности, преступности, болезнях и отчаянии.

Яркое изображение Аптоном Синклером ужасов скотных дворов и бойней в Чикаго вызвало такое возмущение общественности, что было проведено правительственное расследование, которое в конечном итоге привело к принятию законов о чистом питании.

Спустя более ста лет «Джунгли» по-прежнему обладают той же эмоциональной силой, что и при первой публикации.

«Избранные» Хаима Потока

«Избранные» Хаима Потока

Предоставлено издателем

Это весна 1944 года, и 15-летние Реувен Мальтер и Дэнни Сондерс прожили в пяти кварталах друг от друга всю свою жизнь. Но они никогда не встречались, только в тот день, когда авария во время игры в софтбол зажгла маловероятную дружбу.

Вскоре эти два мальчика — один, как ожидается, станет хасидским ребе, а другой станет непринужденно жить в светской Америке — втягиваются в миры друг друга, несмотря на сильное сопротивление одного отца.

Расположенный на фоне Второй мировой войны и создания государства Израиль, «Избранные» — это пронзительный роман о трансформации и традициях, о взрослении и мудрости, а также о поиске себя — даже если это может означать покинуть ваше сообщество. .

«Источник» Айн Рэнд

Предоставлено издателем

«Источник» Айн Рэнд

Эта современная классика — история непримиримого молодого архитектора Говарда Рорка, чья целостность была непоколебимой, как гранит; о Доминик Франкон, изысканно красивой женщине, страстно любившей Рорка, но вышедшей замуж за его злейшего врага; и о фанатическом обличении, развязанном разъяренным обществом против великого творца.

Провокационный роман Рэнда, столь же свежий сегодня, как и тогда, представляет одну из самых сложных идей во всей художественной литературе: эго этого человека является источником человеческого прогресса.

«Хорошее время для правды: гонка в Миннесоте» под редакцией Сунь Юнг Шина

«Хорошее время для правды: гонка в Миннесоте» под редакцией Сунь Юнг Шина

Предоставлено издателем

В этой провокационной книге, 16 лучших писателей Миннесоты предлагают разные точки зрения на то, каково это — жить цветным человеком в Миннесоте.Они дарят читателям великолепный дар: прикосновение к внутренней реальности другого человека за масками, вуалью и вежливостью.

Они щедро приносят нам опыт, который мы должны понять, если хотим объединиться в настоящих отношениях. Общины Миннесоты борются с одними из самых серьезных расовых различий в стране.

По мере того, как ее авторы сталкиваются и рассматривают реальности, скрытые за цифрами, эта книга является важным инструментом для тех, кто хочет участвовать в устранении этих пробелов.

«Любимая» Тони Моррисон

«Любимая» Тони Моррисон

Предоставлено издателем

Сете родилась в рабстве и сбежала в Огайо, но 18 лет спустя она все еще несвободна. Она вынесла немыслимое и не сошла с ума, но все еще находится в плену воспоминаний о Сладком доме, прекрасной ферме, где произошло столько ужасных вещей.

Между тем, дом Сет уже давно тревожит разъяренный, разрушительный призрак ее ребенка, который умер без имени, и на надгробии которого выгравировано одно слово: Любимая.

Сет работает над тем, чтобы отбросить прошлое, но оно дает себя услышать и постоянно ощущать в ее памяти и в жизнях окружающих. Когда прибывает таинственная девочка-подросток, называющая себя Возлюбленной, ужасная тайна Сете прорывается в настоящее.

«Гражданин» Клаудии Рэнкин

«Гражданин» Клаудии Рэнкин

Предоставлено издателем

Смелая новая книга Клаудии Рэнкин рассказывает о растущей расовой агрессии в продолжающихся столкновениях в повседневной жизни 21-го века и в средствах массовой информации.

Некоторые из этих встреч являются пренебрежением, кажущимся оговоркой, а некоторые — преднамеренными нападениями в классе, в супермаркете, дома, на теннисном корте с Сереной Уильямс и на футбольном поле с Зинедином Зиданом, онлайн, по телевидению — везде и всегда.

Накопленные стрессы влияют на способность человека говорить, действовать и оставаться в живых. Наша адресуемость связана с состоянием нашей принадлежности, утверждает Ренкин, как и наши предположения и ожидания в отношении гражданства.

В эссе, образе и поэзии «Гражданин» является убедительным свидетельством индивидуальных и коллективных эффектов расизма в нашем современном, часто называемом «пострасовым» обществе.

Вы делаете новости MPR возможными. Индивидуальные пожертвования лежат в основе ясности освещения событий нашими репортерами по всему штату, историй, которые нас связывают, и разговоров, которые раскрывают перспективы. Помогите сделать так, чтобы MPR оставался ресурсом, объединяющим жителей Миннесоты.

Сделайте пожертвование сегодня. Подарок в 17 долларов имеет значение.

Предложения курсов

Курсы начального и среднего языков

Все курсы от RUSSN-UA 1 до RUSSN-UA 4 проходят три раза в неделю. Все начальные курсы русского языка закрыты для носителей языка, кроме грамматики русского языка и сочинения I и II (RUSSN-UA 5, 6).

Elementary Russian I
RUSSN-UA 1 Предлагается осенью. 4 балла.
Предназначен для того, чтобы научить начинающих говорить и читать на русском языке.Знакомит с основами русской грамматики и чтением поэтапных текстов, уделяя особое внимание приобретению идиоматической разговорной лексики.

Базовый уровень владения русским языком II
RUSSN-UA 2 Пререквизиты: Базовый уровень владения русским языком I (RUSSN-UA 1) или его эквивалент. Предлагается весной. 4 балла.
Продолжение работы начального уровня.

Средний уровень владения русским языком I
RUSSN-UA 3 Пререквизиты: базовый уровень владения русским языком II (RUSSN-UA 2) или его эквивалент. Предлагается осенью. 4 балла.
Обзор грамматики, построение словарного запаса и упражнения на разговорном русском языке.

Русский язык среднего уровня II
RUSSN-UA 4 Предварительное условие: Русский язык среднего уровня I (RUSSN-UA 3) или эквивалент. Предлагается весной. 4 балла.
Пополнение словарного запаса, идиоматические выражения и упражнения в разговорной речи. Завершение этого курса соответствует требованиям CAS по иностранному языку.

Грамматика и сочинение русского языка I
RUSSN-UA 5 Пререквизиты: базовые знания разговорного русского языка.Предлагается осенью. 4 балла.
Предназначен для студентов, которые немного говорят по-русски дома, но практически не умеют читать и писать. Не соответствует языковым требованиям основной учебной программы колледжа.

Грамматика и сочинение русского языка II
RUSSN-UA 6 Пререквизиты: грамматика и сочинение русского языка I (RUSSN-UA 5) или базовые навыки чтения и письма на русском языке. Предлагается весной. 4 балла.
Завершение этого курса соответствует требованиям CAS по иностранному языку.

Elementary Czech I и II
RUSSN-UA 201, 202 Предлагается осенью и весной соответственно. 4 балла за семестр.
Введение в базовые навыки: говорение и чтение. Основы чешской грамматики, чтение оцененных текстов и беседа на повседневные темы. Пополнение словарного запаса. Основы письма.

Расширенные языковые курсы (русский)

Все тематические курсы по углубленному изучению русского языка (RUSSN-UA 107-109) на кафедре подлежат повторному зачету.Следующие темы предлагаются на ротационной основе (см. Текущее расписание занятий):

  • Русский фильм (просмотр и обсуждение русских и советских фильмов)
  • Российская пресса (чтение и обсуждение газетных и журнальных статей)
  • Чтения по русской литературе (чтение и обсуждение рассказов русских и советских писателей)
  • Советский и русский театр (чтение, просмотр и анализ русских драматических произведений, с фоновыми чтениями по русскому театру)
  • Социальные проблемы в русской культуре (чтение и обсуждение статей на важные социальные и культурные темы)

Продвинутый уровень владения русским языком I
RUSSN-UA 107 Предварительные требования: средний уровень владения русским языком II (RUSSN-UA 4), русская грамматика и сочинение II (RUSSN-UA 6) или эквивалент. Предлагается осенью. 4 балла.

Русский язык углубленного уровня II
RUSSN-UA 108 Пререквизиты: Русский язык среднего уровня II (RUSSN-UA 4), русская грамматика и сочинение II (RUSSN-UA 6) или эквивалент. Предлагается весной. 4 балла.

Advanced Russian III
RUSSN-UA 109 Предварительные требования: Advanced Russian I или Advanced Russian II (RUSSN-UA 4), Русская грамматика и сочинение II (RUSSN-UA 6) или эквивалентные. Предлагается осенью. 4 балла.

Курсы литературы и цивилизации

Все курсы проводятся на английском языке, если не указано иное.

Введение в русскую литературу I
RUSSN-UA 811 Предлагается регулярно. 4 балла.
Обзор русской литературы XIX века. Все работы читаются в переводе.

Введение в русскую литературу II
RUSSN-UA 812 Предлагается регулярно. 4 балла.
Обзор русской литературы ХХ — ХХI веков.Все работы читаются в переводе.

Гоголь
РУССН-UA 828 Предлагается периодически. 4 балла.
Критический анализ рассказов, пьес и незаконченного романа писателя Мертвые души .

Современная литература Центральной и Восточной Европы
RUSSN-UA 832 Предлагается периодически. Боренштейн. 4 балла.
Романы и рассказы из Польши, бывшей Чехословакии, бывшей Югославии, Албании и Венгрии, в основном за последние 50 лет.Среди читаемых авторов (в переводе) — Кафка, Кундера, Грабал, Косинский, Шульц, Гомбрович, Кристоф, Кадаре, Киш, Павич и Угрешич.

Утопия, Апокалипсис и тысячелетие
RUSSN-UA 833 Предлагается периодически. Боренштейн. 4 балла.
Развитие утопизма в литературе, философии и политической теории и попытки претворить утопическую теорию в жизнь. Постулирование идеальных миров и их отношения к нашей несовершенной реальности, антиутопизм и недавнее возрождение утопизма и апокалиптизма.Чтения Платона, Мора, Беллами, Достоевского, Маркса, Замятина, Оруэлла, Хаксли, ЛеГена и Откровения.

Чехов
RUSSN-UA 837 Предлагается периодически. 4 балла.
Основные приемы его рассказов, его влияние на развитие русской и европейской новеллы, а также тщательный анализ его драмы ( Три сестры, Вишневый сад, и Дядя Ваня, ) и ее влияние на русских драматургов и драматургов. театр в 20 веке.

Достоевский
RUSSN-UA 839 Предлагается периодически. 4 балла.
Основные философские и религиозные проблемы Достоевского, отраженные в его произведениях. Записки из подполья, Преступление и наказание, Идиот, Братья Карамазовы и основные рассказы. Исследует его концепции свободы, истории и христианства.

Теория авангарда, Востока и Запада, 1890–1930 гг.
RUSSN-UA 841 Идентично COLIT-UA 841, ENGL-UA 730.Предлагается периодически. 4 балла.
Темы включают кубизм, итальянский футуризм, русский кубофутуризм, имажизм и вихрь, дадаизм, конструктивизм и сюрреализм. Подчеркивает эстетические, исторические и политические взаимосвязи между русским авангардом и Западом. Чтение ведется на английском языке, но лицам, специализирующимся на сравнительной литературе, рекомендуется читать произведения на языке оригинала.

Русская литература в оригинале I
RUSSN-UA 847 Пререквизиты: не менее одного семестра углубленного изучения русского языка или свободное владение русским языком почти на уровне родного.Предлагается каждый год. 4 балла.
Проза и поэзия. Обсуждения в классе и доклады также на русском языке.

Русская литература в оригинале II
RUSSN-UA 848 Пререквизиты: как минимум один семестр углубленного изучения русского языка или свободное владение русским языком почти на уровне родного. Предлагается каждый год. 4 балла.
Проза и поэзия. Обсуждения в классе и доклады также на русском языке.

Знакомство с советским кино
RUSSN-UA 850 Предлагается ежегодно.Ямпольский. 4 балла.
Исследует достопримечательности кинематографического искусства и рассматривает культурную специфику российского кино, вопросы кино и политики, кино и рынка. Темы включают кино и революцию, кино как пропаганду, кино русского авангарда и конструктивизма, кино и тоталитаризм, а также социалистический реализм в кино.

Советская и постсоветская литература
RUSSN-UA 852 Предлагается периодически. Боренштейн. 4 балла.
Введение в российскую художественную литературу 20-го века с акцентом на два периода наибольшего культурного брожения: модернизм 1920-х годов и поздний / постсоветский постмодернизм.Как литература отразила неудачную попытку внедрить радикальную большевистскую теорию в повседневную практику.

Наследие крепостного права и рабства в русской и американской литературе
RUSSN-UA 854 Предлагается периодически. Лаунсбери. 4 балла.
Как писали и писали американские рабы и русские крепостные в литературных традициях двух стран. Рассматривает попытки подчиненных людей представить себя доминирующей культуре и трудности, с которыми члены доминирующей культуры сталкивались при написании статей о людях, чей опыт был для них в значительной степени недоступен.

Россия ХХ век: террор, выживание и прекрасные мечты
RUSSN-UA 859 Предлагается периодически. 4 балла.
Охватывает последние годы царей и русской революции и использует кино, литературу, изобразительное искусство и музыку. Темы: Ленин и коммунизм; Сталинизм; вторая мировая война; конец коммунизма и переход к капитализму. Рассматривает, как фундаментально гуманистическая идеология породила один из самых кровавых и деспотических режимов века и как международное движение становилось все более шовинистическим и националистическим.

Теории символического обмена
RUSSN-UA 860 Предлагается периодически. 4 балла.
Марсель Мосс разработал концепцию альтернативного, нерыночного типа экономики, основанного на немонетарном обмене таких символических ценностей, как социальное признание, суверенитет и политическое участие. Сегодня это понятие приобрело новую актуальность применительно к экономике Интернета. Исследует различные теории символики, которые расширяют исходную модель Маусса и охватывают множество аспектов культуры.

Россия и Запад
RUSSN-UA 861 Предлагается периодически. 4 балла.
Исследует вопрос о Западе в русской истории и культуре с 17 века. Изучает интеллектуальные продукты взаимодействия России с Западом — конституционные проекты, научную и экономическую мысль, споры западников и славянофилов и революции. Подчеркивает роль чтения и перевода в создании культурных моделей. Заканчивается русской эмиграцией в Европу и США.

Толстого Война и мир
RUSSN-UA 862 Предлагается периодически. 4 балла.
Исследует, как работает текст и какие методы он использует. Также учитывается исторический контекст книги; источники, которые использовал Толстой; его место в его творчестве и мысли; его место в русской традиции и в «мировой» литературе; и различные виды использования (в том числе политические и идеологические), которые были использованы с момента его первоначальной публикации.

Беспокойные мертвецы: представление о загробной жизни в кино и художественной литературе
RUSSN-UA 870 Предлагается периодически. 4 балла.
Литературные и кинематографические описания вампиров, призраков, зомби и посмертных рассказчиков. Рассматривает политическое и идеологическое развертывание повествований о загробной жизни, исследует вопросы культурной и сексуальной чистоты, коллективной вины и социально-экономического беспокойства. Включает как фольклор, так и художественную литературу славянского мира, а также современные американские интерпретации.

Реализм XIX века: пример России
RUSSN-UA 871 Предлагается периодически.4 балла.
Исследует конкурирующие литературные изображения городских и сельских пространств в русском реализме как платформу для изучения основных культурных и идеологических дебатов той эпохи. Писатели развили широко расходящиеся представления о России и русскости, от крестьянских невзгод и городской нищеты до обнадеживающих взглядов на цивилизованные и дальновидные города. Чтения Гоголя, Тургенева, Достоевского, Толстого, музыкальные и изобразительные произведения.

Курсы стажировки и независимого обучения

Открыт только для студентов, обучающихся на кафедре.

Стажировка
RUSSN-UA 980 От 1 до 6 баллов за семестр.
Носители русского языка могут работать со студентами, изучающими русский язык, и помогать преподавателям. Максимум 4 балла стажировки может быть засчитан в счет основной (не в отношении несовершеннолетней). Проконсультируйтесь с директором бакалавриата для получения более подробной информации. Для получения кредита на стажировку в других учреждениях и организациях необходимо описание обязанностей и одобрение директора бакалавриата, а также заключительный документ.

Независимое исследование
RUSSN-UA 997, 998 От 2 до 4 баллов за семестр.
Максимум 8 баллов за независимое обучение может быть засчитано к основному (не к второстепенному). Перед регистрацией студенты должны предоставить одностраничное описание предлагаемого проекта директору бакалавриата и предлагаемому спонсору факультета.

Кафедра русского языка и литературы — Big Apple Academy

Добро пожаловать на веб-страницу кафедры русского языка и литературы. Приглашаем всех — тех, кому интересна наша работа, цели, наши успехи и достижения.

Это чудо, что в Соединенных Штатах Америки, в мировой столице, в этом разнообразном мегаполисе мы можем слышать голос Чехова, Пушкина и Достоевского.

Наши дети, за которыми будущее этой страны, изучают русский язык, читают произведения великих русских писателей и поэтов, а также впитывают культурные и исторические ценности. Кто-то великий однажды сказал: «Чем на большем количестве языков ты говоришь, тем больше ты человек.”

У наших детей есть прекрасная возможность не только выучить еще один язык, но и сохранить связь с предыдущими поколениями. Чтобы помочь им в этом начинании, у нас есть опытные, высококвалифицированные учителя, которые с энтузиазмом преподают этот предмет. Наши сотрудники используют лучшие российские и американские педагогические подходы и методики.

Несмотря на то, что учащиеся не посещают класс для ознакомления с русским языком в детском саду, они все же участвуют в мероприятиях, которые закрепляют некоторые знания русского языка.Они начинают больше знакомиться с русским языком по мере продвижения в школе.

Курс изучения русского языка под названием RLD (Russian Language Development) начинается в первом классе. Маленькие дети слушают сказки и заучивают стихи Маршака, Барто и Михалкова. Учебный план программы основан на устном владении русским языком и литературой.

В первом и втором классе ученики изучают алфавит, правила чтения и приобретают навыки работы с простыми отрывками.Кроме того, студенты учатся отвечать на вопросы и анализировать текст. Широко используются технологии, различные виды иллюстраций, просмотр фильмов.

В результате к тому времени, когда ученики поступают в третий класс, они могут читать и с удовольствием участвуют в играх, основанных на знании русского языка.

Один из очень важных аспектов обучения — навыки письма.

Принцип, на котором построена наша программа, заключается в том, что наши ученики сначала осваивают элементарные навыки; а затем, в конце концов, они приобретают и накапливают свои знания о более сложных.

По окончании курса русского языка и литературы в «Бэмби» наши выпускники имеют возможность хорошо читать, анализировать текст, выражать свои мысли и чувства, а также переводить с английского языка на русский язык. Они владеют грамматическими правилами и пунктуацией.

Важным ключом в изучении русского языка является работа, проводимая вне аудитории: предметные недели, различные конкурсы.

Но самое главное сокровище — постановка пьес, в которых учащиеся принимают активное участие.Эти пьесы созданы по произведениям русских писателей и поэтов. Это уникальная совместная работа сотрудников нашего отдела.

3 класс

Учащиеся могут:

  • писать и копировать тексты с доски и из учебника
  • различать печатный и курсивный текст
  • пролистайте текст, чтобы ответить на вопросы

4 класс

  • учащихся знакомят с основными частями речи и их ролью в предложениях
  • студента работают над построением предложений
  • учащихся развивают устную и письменную речь
  • ученика умеют отвечать и задавать вопросы

5 класс

  • доскональное знание частей речи (существительные единственного и множественного числа, спряжение, время действия)
  • сравнение английской и русской грамматики; изучение морфологии и таких закономерностей, как морфемы
  • Развитие навыков устного и письменного общения
  • междисциплинарные исследования (обществознание и наука)

6 класс

Грамматика:

  • детальное знание частей речи и предложений
  • Введение в различные типы приговоров
  • Развитие устной речи с такими темами, как школа, семья, животные
  • перевод с английского на русский

Литература:

  • чтение с выражением и эмоциями
  • навыки понимания прочитанного
  • пересказ текста применительно к плану
  • строительных вопросов по тексту
  • чтение с назначенными ролями

7-8 классы

Грамматика:

  • детальное изучение синтаксиса и семантики
  • пунктуация в простых и сложных предложениях
  • темы для обсуждения включают СМИ, прессу и телевидение, информацию о культуре, науке и путешествиях

Литература:

  • обсуждение текстов, прочитанных студентами самостоятельно
  • анализ поведения персонажей и их действий
  • связь литературы и жизни

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.